Индийская Африка
Ни рыка Шерхана из джунглей, ни воплей Маугли среди лиан – индийский центральный штат Раджастан, куда мы прибыли для путешествия на знаменитых местных лошадях марвари, внезапно напомнил мне Африку: характерные деревья, похожие на воздетые к небу ладони, выжженная трава, колючки и... повсюду цветущая зелень! Оказалось, мне повезло: впервые за 40 лет в Раджастане прошли изобильные дожди и саванна – обычно выжженная и желтая – расцвела.
Тридцать градусов жары, две бутылки воды в седельных сумках, и мы, по обычаю реконструкторов на выгуле, одетые по полной выкладке. На этот раз – в стилизации французских мундиров географической экспедиции (ради красивого кадра, конечно). Жарко, пот оставляет следы под кожаными ремнями, хочется сбросить ненавистный жакет и ехать просто в белой рубашке. Разве что пробковый широкополый шлем невесом и прекрасно спасает от палящих лучей. Но мы же хотим колорита… В Форте Дандлод, откуда стартует знаменитое на весь мир Сафари по Раджастану, привыкли к костюмированным отрядам: пару раз приезжали настоящие британские кавалеристы, но по большей части местные жители лицезреют туристов из Европы и Америки в бриджах и кепках.
![](/files/images/8(193)2019/DJI_0046_00_00_12_08_Still001.jpg)
А наша дорога лежит по полям, петляя между маленькими деревнями, где жители ходят в национальных одеждах, разрисовывают своих верблюдов и следят за чистотой дворов. Здесь понимаешь, что заваленная мусором Индия – это миф. Свалками грешат большие города, вроде Джайпура и Дели (хотя и там уже налаживается вывоз мусора, и всюду пестрят агитационные билборды за чистоту), но в глубинке центрального штата страны спонтанные мусорки встречаются местечково и вне пределов поселений.
Там больше цветов, чем мусора. Коровьи кизяки сложены аккуратными стопками на солнце. Дурных запахов нет, зато много ароматов специй и окуривающих цветочных смесей. Дороги выложены камнями, трассы – удивительно ровный асфальт. На стенах деревенских домов рисунки с призывом утилизировать отходы раздельно, ходить в школы и быть аккуратными в туалетах. Со двора во двор прыгают свободные павлины, которых никто не имеет права обижать, у коров не видны ребра. А на «конкурсе костюмов» на наших глазах победил ребенок в образе пакета с пакетами.
Женщины Раджастана носят блестящие алые платки, которые не мешают им работать и тащить тяжелые колючие грузы с полей на головах. В больших поселениях на праздники развешивают тысячи цветных флажков, круглые сутки поют на всю округу, ставят на машины пестрые статуи богов и подкармливают слонов стеблями чапати.
Экспедиционный быт
Ближе к ночи становится прохладно: подползают со спины морские ветры с самого края Индостана, и тогда плотные форменные жакеты оказываются как нельзя кстати. Сидя на туристическом стуле у костра, можно, наконец, погрузить запревшие в конных сапогах ноги в прохладный полупустынный песок и наблюдать, как готовят согревающий масала-чай. Ужин каждый выбирает сам, как на шведском столе: большие кастрюли с национальной снедью стоят у огня. Среди лакомств – карри, цыпленок, рис, вареные овощи со специями, острый и не острый соус, куриный супчик, салат из свежих овощей, оригинальный молочный десерт (как в детстве – сладкая лапша на молоке) или нежнейший пудинг (наследие Британии) и, конечно, незаменимые дольки лайма, которые придают миксу этих блюд особый шарм. На каждой стоянке набор еды один и тот же, но за неделю он почему-то не успевает надоесть. Ах, да, бесконечные кружочки лепешек чапати, которые поскрипывают на зубах золой, ведь их разогревают, бросая в костер. И у каждого в фляжке – крепкий джин, «для дезинфекции».
![](/files/images/8(193)2019/IMG_1142.jpg)
После прогулки под рассыпчатыми звездами особенно приятно засыпать в военном шатре на комфортной высокой кровати, застеленной свежим бельем. Через закрытые сеткой окна течет свежий воздух и слышатся негромкие раскаты – за лагерем издалека наблюдает алая сухая гроза. Ветер порывами бьется в стены шатров, задувает все факела, змеей шуршит по песку. Но не страшно, а, наоборот, очень уютно, и чувствуешь себя настоящим путешественником времен Индианы Джонса… А утром, опуская ноги на пол шатра, обнаруживаешь не ковер, а пустыню. Все на полу: чемоданы, сапоги, корзинки – покрыло тонким слоем золотого песка. Но ветер стих, небо чистое, и индийцы уже накрывают завтрак на столах прямо рядом с шатрами. Немного британской кухни, и скорее в путь, в небольшую рощицу неподалеку, где уже нетерпеливо бьют копытами поседланные марвари. И также нетерпеливо наперевес со смартфонами ждут нас индийские подростки и ребятишки, чтобы гурьбой настрелять самые лучшие селфи с белыми.
Кони раджпутов
«В те времена, когда океан вспенивался нектаром богов, лошади были ветрами», – так сказал верховный жрец монастыря в Калабаре о породе марвари, разведением которой занимался. Впитавшие в себя крови туркменских, иранских, арабских лошадей, индийские марвари достигли пика своего совершенства в XVI и XVII веках. Раджпуты* (*Этно-сословная группа из варны кшатриев (касты воинов), проживающая в Северной Индии и Пакистане. Можно сравнить с рыцарями в европейской культуре. ), которые постоянно воевали, нуждались в идеальных боевых конях, подготовленных для полупустынь. Разведением таких лошадей занимались в области Марвар в районе Джайпура. Только высшая знать и каста воинов – кшатрии – имели право ездить верхом на этих животных. Так века взаимодействий лошади лишь с обученными дисциплинированными воинами с высокой внутренней культурой создали специфическую генетическую память о доверии и уважении между конем и всадником, которая воспевалась поэтами.
![](/files/images/8(193)2019/IMG_20191002_145020.jpg)
Степные кони, адаптировавшиеся для жизни в пустыне, марвари приобрели уникальные качества: тонкую шерсть, чтобы переносить жару в активном движении, способность скудно питаться, крепкие копыта, необычайно острый слух и умение быстро перемещаться по песку, благодаря меньшему углу наклона плеча. Обросли легендами и внутренние качества марвари: верность своему хозяину и ум. Восприимчивые к желаниям всадника, эти лошади до сих пор отличаются феноменальной памятью и способны возвращаться домой даже из отдаленных концов пустыни. Так в древние времена заблудившиеся и раненые воины были уверены, что кони непременно вернут их домой.
При моем первом знакомстве с марвари понадобилось лишь несколько минут, чтобы оценить характер лошади и договориться с ней – все желания марвари буквально написаны в ее больших глазах. Кобыла Соня, которая мне досталась, требовала нежности, внимания, дозволения делать что хочет, когда это никому не мешает, но была послушна, терпелива и даже ревнива, когда я пробовала погладить кого-то из других коней или проявить к ним свое внимание. Она звала меня голосом и следила за мной взглядом на стоянках. Старалась вставать так, чтобы мне было максимально удобно на нее садиться, объезжала ветви и колючки, которые могли меня задеть. Соня буквально думала за меня в пути, «улыбалась» на селфи, когда была в хорошем настроении, и ярко выражала мимикой свою усталость или недовольство.
![](/files/images/8(193)2019/IMG_20191003_172434_1.jpg)
У марвари совершенно особенный галоп – невероятно мягкий и комфортный для всадника. А скорость была настолько не ощутима, что напоминала о себе лишь свистом ветра в ушах. Кажется, Соня могла скакать вечно, обходя лошадей, кусты и крутые изгибы каменной дороги (без подков!) как первоклассный слаломист, и плавно тормозила, чтобы ее азартная всадница не улетела в соседние колючки.
Знаменитые уши марвари большую часть времени повернуты в сторону всадника, чтобы не пропустить ни единой его команды, модуляции голоса, и при этом лошадь мало реагирует на голоса вокруг. Допуская обобщение, скажу, что эти кони имеют свое мнение и вступают с тобой в диалог, если в движении возможны варианты. Они могут быть упрямы, горазды побегать, но в ответственный момент проявляют выдержку, спокойствие и готовность сделать для всадника все. Например, сразиться с диким верблюдом. Мне довелось оказаться в такой ситуации. Отряд проезжал мимо стада, один из молодых самцов с ревом кинулся нам наперерез, Соня развернулась и встала к нему лицом, вкопавшись копытами в землю. Возможно, ее генетическая память решила, что у меня в руках копье, а за спиной славные раджпуты. Но у меня в руках была только дорогая экшн-камера, и я предпочла спасти ее бегством. Соня бежала плавно, быстро и нехотя.
![](/files/images/8(193)2019/IMG_1134.jpg)
Особенностью военных столкновений в Индии всегда было наличие боевых слонов, бивни которых оковывали в сталь. Потому боевые кони должны были уметь быстро маневрировать, нырять, кружиться на месте, идеально слушаться малейшей команды хозяина (как кони пикадоров на корриде), чтобы уворачиваться от бивней, копий и стрел. И, конечно, марвари должен был легко вставать на свечку, чтобы его всадник мог пронзить вражеского погонщика. Эти навыки до сих пор демонстрируются как «танцы» марвари в парадных процессиях и на индийских свадьбах и активно восстанавливаются в Индии, в частности, Матадином Дхабхаем.
Вторая жизнь марвари
Сегодня порода переживает воскрешение. Этих коней, наконец, снова начинают использовать в демонстрации боевых искусств, развивается культура скачек на выносливость, большую популярность в Индии имеет тентпеггинг на марвари. В перспективах конезаводчиков обучение лошадей под конную стрельбу из лука и бои на саблях. Многочисленные гравюры говорят о том, что марвари всегда использовались в этих дисциплинах, но во времена британской колонизации начали деградировать, отправленные на работу в поля и в городские упряжки.
В наши дни главный центр разведения марвари находится в Дандлоде. Там возникло Общество коренных лошадей Индии (IHSI), которое за несколько десятков лет стабилизировало родословные марвари, установило стандарты породы и обеспечило ее сохранение. Общество основали Рагхувендра Сингх Дандлод (больше известный в мире как Бонни) и его партнер Франческа Келли.
![](/files/images/8(193)2019/DJI_0236_MP4_00_00_10_08_Still002.jpg)
Во время пребывания на посту почетного исполнительного директора Ее Высочества Раджмата Джайпура, Бонни был вовлечен в создание фильма The Far Pavilions, для которого он приобрел лошадей марвари. Когда съемки закончились, в 1982 году Бонни отвез этих коней в свою резиденцию – Форт Дандлод, где теперь живет и работает над развитием этой породы. Бонни старается максимально популяризировать марвари, чтобы к восстановлению ее былого величия проявил внимание весь конный мир. Он активно работает над тем, чтобы государство официально разрешило экспорт этих лошадей и разведение их за рубежом, потому что только индийских сил для воскрешения славных боевых навыков марвари сегодня недостаточно. Таких рьяных активистов этого дела, как он, в Индии больше нет и неизвестно, кто будет продолжать популяризацию и восстановление породы после него. Поэтому история марвари – их возрождение во всей красе боевой стати – пишется прямо сейчас и каждый, кто приедет в Раджастан на Сафари Дандлод, может к ней по-своему прикоснуться.
![](/files/images/4(198)2020/IMG_20191004_123133.jpg)
В круговороте культур
Конное путешествие по Раджастану – это сухие грозы и большие костры на ночных стоянках, масала и много вкусных соусов, освежающий душ в кабинке посреди саванны, ночевки в удивительных по красоте дворцах и, конечно, встреча с улыбчивыми людьми и яркими животными. По лесам носятся дикие антилопы, тут и там перелетают с дерева на дерево зеленые попугаи, а на стоянках за людьми наблюдают любопытные удоды с ультрамариновыми перьями. Мимо лагеря бродят овцы и козы в сопровождении вечно улыбающихся пестро одетых пастухов, под деревьями то и дело встречаются расписные глиняные горшки со спрятанными в них бутылками воды, которые оставили пастушки… Индия живет своей жизнью, а мы по крупицам собираем их культуру, блуждая среди удаленных деревень подальше от шумных мегаполисов. И по камням стучат неподкованные копыта марвари.
![](/files/images/8(193)2019/IMG_1154.jpg)
Селяне приветствуют Бонни и путешественников: они привыкли, что с августа по февраль (когда урожай собран и уже не будет затоптан) люди на конях с кривыми ушками будут проезжать мимо их домов. Они машут и улыбаются, не всегда понимая, зачем Бонни делает это, но уважая решение кшатрия и позируя перед смартфонами европейцев. Дети сбегаются со всей округи, делают тысячи одинаковых селфи с бледнолицыми всадниками, и в такие моменты не ясно, для кого это больше аттракцион. Но благодаря марвари и Бонни культуры соприкасаются не на экранах, а вживую, поддерживая вечный круговорот.