Пять месяцев подвига

История: Пять месяцев подвига

Автор: Тимур Муминов
Номер журнала: GM №4(180)/2018

На Новодевичьем кладбище есть обелиск в честь героев обороны Москвы 1941 года. Все трое – Герои Советского Союза, имеют не только это почетное звание, но и искреннюю народную любовь. Каждый из них – символ своего рода войск, спасших столицу от трагедии. Они сделали это ценой собственной жизни: пехотинец Иван Панфилов, летчик Виктор Талалихин. И самый известный кавалерист Великой Отечественной – Лев Доватор.
Май 1945 года, Берлин. Раннее утро. Первое утро новой, мирной жизни. Но миллионы людей во всем мире еще ничего не знают. Военный корреспондент Цезарь Солодарь спешит на аэродром. Минувшей ночью он присутствовал на подписании акта о капитуляции Германии. На нем лежит ответственная миссия скорее передать эту новость в Москву. Однако автомобиль с курьером Победы вынужден остановиться на одном из оживленных перекрестков. Как лихо здесь орудует флажками советская военная регулировщица, совсем молодая девчонка! Сутки не смыкавший глаз, Солодарь отрешенно следил, как ее властным движениям беспрекословно подчиняются танки и машины, подавленные берлинцы и бод­рые победители. Вдруг – цокот копыт. Подошедшая конница полностью поглотила внимание корреспондента. Показались ему знакомыми лица всадников и их лошади. Будто видел он их той суровой зимой, когда от редакции до передовой можно было доехать на электричке.
 
Ноябрь 1941 года. На подступах к Москве развернулась грандиозная битва, одна из самых важных в истории Второй Мировой войны. Немецкие танки упорно теснят советскую оборону и все ближе подбираются к нашей столице. Особенно тяжелая ситуация сложилась под Волоколамском. Здесь, защищая кратчайший путь на Москву – Волоколамское шоссе, стоят насмерть войска 16-й армии.
 
Наравне с пехотой и танкистами, заметную роль в Битве за Москву сыграла кавалерия! Она совершала стремительные марши в любых условиях, воевала в конном и в пешем строю. Группа Доватора – это две дивизии, срочно сформированные в июле 1941 года из жителей Краснодарского и Ставропольского краев, прирожденных всадников и воинов – кубанских и терских казаков. Но не зря говорят, что история конницы – история ее начальников. Под стать своим казакам был и сам Лев Михайлович Доватор.
 
Казак из Белоруссии
 
Родился он 20 февраля 1903 года в селе Хотино Лепельского уезда Витебской губернии, на территории современной Белоруссии, в крестьянской семье. Юность будущего полководца прошла на удивление спокойно. Ему не пришлось участвовать ни в Первой Мировой войне, ни в Гражданской, как многим сверстникам. Зато удалось получить хорошее по тем временам среднее образование. Поэтому поступив в 1924 году на службу в Красную Армию, Доватор попал на героическую должность… заведующего складом при штабе 7-й Самарской кавалерийской дивизии. Нам сейчас это сложно представить, но тогда грамотные люди еще редко встречались в молодой рабоче-крестьянской армии. Умельцев махать шашкой было пруд пруди, а вот правильно оформить накладную или составить заявку на снабжение, хотя бы просто написать связный текст затруднялись, мягко говоря, даже прославленные военачальники «из гущи народных масс». 
 
Дивизия называлась Самарская, но это почетное наименование, дислоцировалась она в окрестностях Минска, тогда приграничном районе с враждебной Польшей. Требования к боевой подготовке, дисциплине, бдительности бойцов и командиров – соответствующие. И комсомолец Доватор быстро стал заправским кавалеристом. На следующий год толкового красноармейца командируют в Москву – учиться на военно-химических курсах. По завершении курсов – снова родная 7-я кавалерийская. Кстати, одним из полков дивизии командует отличный конник и требовательный командир Георгий Жуков. Как знать, может быть, именно его пример повлиял на решение Льва Доватора стать кадровым военным? Во время службы в Минске Лев Михайлович навсегда связал свою жизнь с Еленой Лаврентьевной, дочерью рабочего-железнодорожника. В 1926 году молодая семья переезжает в Ленинград, где Доватор становится курсантом кавалерийской школы.
 
Смена учебного взвода, распустив поводья, уже шагает лошадей вдоль стенки. Только неугомонный Лев вновь посылает коня на препятствие. Что произошло во время прыжка, толком никто не видел, но вот Доватор неподвижно и беззвучно лежит на песке плаца. Инструктор спешит к своему лучшему курсанту. Тот кое-как приходит в чувство и направляется к коню. Галоп! Прыжок! Лошадь и всадник будто поднимаются невидимой рукой над землей и бережно опус­каются на той стороне барьера. Бледный, но довольный Доватор угощает лошадь...
 
Продолжение читайте в GM №4(180)/2018