Романов Юрий: История Романова

Известные люди: Романов Юрий: История Романова

Автор: Егор МЕЛЕНТЬЕВ
Номер журнала: GM №5(181)2018
Фото: Michael Rzepa

На какую бы тему не говорил Юрий Романов, у него всегда найдется интересная история из жизни. Про первое немецкое седло, про бег в противогазе по Московской военной комендатуре, про то, как правильно продавать «мерседесы», про получение «трех звезд» после приглашения на Уникум и, конечно,.. про мотоциклы.

Предисловие
 
Все планы на этот день летят к чертям. Это становится понятно примерно к четвертому часу беседы, на которую закладывал максимум часа два – два с половиной. Диктофон на грани смерти, заготовленных вопросов еще полно, а перебивать Романова – чистой воды преступление. Мало кто способен так увлечь рассказом. Насколько этого человека интересно слушать, настолько же тяжело передавать потом его слова в виде текста. Так, чтобы он не превратился в томик мемуаров страниц на двести. Поэтому не получится в этот раз связной и ровной портретной статьи. Будет сборник коротких рассказов.
 
Про четыре трамвайные остановки 
 
Когда мне было 7 лет, я узнал, что в Измайловском парке есть конноспортивная школа. Это был «Буревестник». От нашего дома до него ехать 4 остановки на трамвае – огромное расстояние. Мне жутко хотелось записаться в эту школу, но я не отважился поехать туда один. Поэтому собрал инициативную группу из одноклассников, человек 10. Нас не взяли, сказали: «Вы еще маленькие, приходите на следующий год». Я после этого стал приезжать и просто смотреть со стороны на весь процесс: как готовят лошадей, как их расчищают, седлают, выводят на плац. Спортсмены были для меня просто полубоги: Нина Менькова, Сергей Бродский, Наталья Филиппова, Евгений Кузин, Евгений Суслин…
 
На следующий год меня снова завернули, а когда я пришел еще через год (меня уже тогда все хорошо знали), то услышал: «Знаешь, набор уже закончился». «Как закончился?! Я же к вам хожу уже два года!» В итоге меня все-таки взяли в детско-юношескую группу. 
 
Мои родители ничего не знали. Маме я говорил, что пошел в библиотеку, а сам – на конюшню. Месяца через два она, конечно, заподозрила, что я как-то слишком зачастил в библиотеку, причем по определенным дням. Она попросила показать сумку, в которой я носил свои тренировочные штаны и сапоги, пропахшие лошадьми. К счастью, папа тогда дал добро. Он приехал посмотреть мою тренировку, понял, что это все серьезно, и разрешил мне заниматься. ...
 
Продолжение читайте в GM №5(181)2018